Алексей Кияйкин (Посадник) (posadnik) wrote,
Алексей Кияйкин (Посадник)
posadnik

Categories:

ЦАПовцы, перехватывайте ссылку.

на форум я и если бы захотел вряд ли попаду, а статья забавная. Как раз про любимый костроминский синкретизм - только вот в совершено жопном изложении.
Автор статьи- доцент екатеринбургского гуманитарного тот ли института, то ли университета, антикоммунист. Сразу и историк, и культуролог, и музыковед, и лауреат писательской премии. Автор книжки про гражданскую войну на Южном Урале (на милитере есть) написанную с четких антибольшевистских позиций. Лишний пример того, как "анти" разжижает мозги.

http://magazines.russ.ru/ural/2002/7/suv.html

самый жыр (при прочих здравых суждения - впрочем, не им открытых, заметим):

-----------
(...)Если разложить по полочкам, “разъяв, как труп, музыку” Высоцкого, получается странная картина: голос хриплый, гитара расстроена, звукоизвлечение грубоватое, как композитор — явно не Шнитке, как поэт — отнюдь не Бродский, как певец на конкуренцию с Лючано Паваротти явно не потянет. Да и что греха таить, как артиста его тоже в небожители никогда не записывали! А все вместе — феномен: рождено нечто качественно новое. И только абсолютно слепой и глухой может отрицать за этим новым принадлежность к настоящему, оригинальному искусству.

В чем же дело? Почему сущность творчества Высоцкого столь неуловима при столь явной своей наглядности? Да потому, что при анализе данного художественного явления применялся заведомо неправильный метод — Высоцкого постоянно анализировали (и продолжают этo делать) по частям, игнорируя самую главную сущностную характеристику его творчества. Имя ей — синкретизм.
(ога-ога, ни разу о нем и о вообще этой песне с точки зрения синтетического жанра на стыке жанров не писали, ни разу...)

(...)нам предстоит выяснить: были ли в прошлом у Владимира Семеновича, как у целостного художественного явления, предшественники. Если да, то появляется возможность включить его творчество в более широкий эстетический контекст и понять его место в мире искусства. Это тем более необходимо сделать, поскольку аналогичные попытки по отношению к отдельным сторонам его творчества уже неоднократно делались. Общеизвестны параллели между Высоцким и бардовским движением, хотя это отнюдь не синонимы. Галина Вишневская в своей книге “Галина” не без основания выводила тематику и стилистику песен Высоцкого из ГУЛАГовского фольклора (правда, с характерным для ее книги негативистским оттенком). Наконец, Марина Влади в своей книге “Владимир, или Прерванный полет” вспоминала следующий комический эпизод. Однажды Высоцкий пришел домой в ярости (дело было в Париже) и, бросив на стол небольшой томик стихов, раздраженно заявил: “Вот, смотри, какой-то ваш (то есть француз. — Д.С.) под меня работает”. После знакомства со стихами на Марину Влади напал приступ истерического хохота: “Володя, да это же Рембо!” Нет нужды объяснять, что речь шла о так называемом “проклятом поэте” Артюре Рембо (1854—1891) — скандальном классике французской поэзии XIX в., одной из самых нонконформистских личностей в европейском искусстве (его впоследствии называли первым панком Европы). Вполне символичный предшественник для Высоцкого...
(здрасьте, старое доброе "я (в данном случае, "он") в миллион раз ближе к Вертинскому, чем к Окуджаве")

(...)
Но был в позднем Средневековье и еще один художественный пласт, имеющий к нашей проблеме прямое (и даже еще большее) отношение. Это — столь же гомологически схожие между собой культуры европейских жонглеров и шпильманов, персидских лури, римских мимов и русских скоморохов. А также культура вагантов (“вечных студентов”). Все эти культуры тоже художественно синкретичны (на сей раз — это от фольклорных истоков), но, кроме того, их всех объединяют три общие и абсолютно специфичные только для них черты.

Во-первых, это принципиальная андеграундность всех описываемых культур: они не могли ни при каких обстоятельствах стать официозом (такой проблемы для трубадуров, к примеру, просто не существовало), но и, что важно, сами к тому не стремились. Это касалось очень многого — в том числе и выразительных средств, которыми пользовались творцы. Для иллюстрации привожу общеизвестный пример — “Эпитафию самому себе” великого ваганта Франсуа Вийона (написана после вынесения ему отмененного впоследствии смертного приговора):

Я — Франсуа, чему не рад,
Увы! Ждет смерть злодея,
И сколько весит этот зад,
Узнает скоро шея.

Стихи же скоморохов я, даже при желании, процитировать не могу — в них просто нет нематерных слов. (При съемке “Страстей по Андрею” (“Андрей Рублев”) А. Тарковского исполнителю роли Скомороха Ролану Быкову пришлось самому сочинять скоморошину — подлинный текст ХV в. не пропустила бы ни одна цензура.)

Во-вторых, это близость к народно-смеховой, “карнавальной” культуре (об этом есть все в работах М. Бахтина). Именно жонглеры, к примеру, доминировали во время так называемых “праздников ослов и дураков” — совершенно официально разрешенного раз в год (Ватиканом!) андеграундного действа, грандиозной пародии на богослужение. Люди выбирали себе “папу” из числа уродов или чокнутых (об этом в “Соборе Парижской богоматери” В. Гюго), собирались в церкви, одевшись в порнографические костюмы, “принимали на грудь” и пели следующие, с позволения сказать, “псалмы” (подчеркиваю: я не утрирую, я цитирую): “Пир вам, и со духом свиным! К ковшичку приложимся! Во имя овса, и сена, и свиного духа, опрокинь!” Не надо думать, что это только в развратной Европе такие вещи делались — и в русском народном театре встречаются совершенно аналогичные тексты. Уже не говоря о том, что в конце ХVII века нечто похожее практиковал Петр I на Всешутейных и Всепьянейших соборах....

(госпыдя, и он ведь хотя бы формально, но изучать логику!!!! Инновации Петра в качестве народной культуры - убиться лбом об стену!!!!)

Наконец, в третьих, это театральность данного художественного феномена: и мимы, и лури, и ваганты, и скоморохи были прежде всего актерами (но и певцами, и музыкантами, и виршеплетами тоже!). Любое выступление, даже одного скомороха или жонглера (вспомните опять “Страсти по Андрею”), — это всегда “театр одного актера”, и тут стоит вернуться вновь к Владимиру Семеновичу.

Даже самые поверхностные читатели могут сделать из всего прочитанного немедленный вывод: все без исключения характеристики, приложимые к жонглерско-вагантско-мимско-скоморошьей традиции, стопроцентно приложимы к творчеству Высоцкого до такой степени, что его можно просто считать прямым наследником этой традиции. В этом свете все “шероховатости” творческой манеры Высоцкого сразу находят объяснения и встают на свои места — у его средневековых предшественников все было точно так же и по тем же эстетическим причинам. Ваганты тоже явно аккомпанировали себе не на лютнях работы Страдивари и тоже активно и охотно использовали в своих песнях элементы так называемого “уличного музыкального фольклора” (к которому у художественного официоза во все времена отношение подчеркнуто негативное). Можно сказать, перефразируя известное политическое клише 1930-х годов, что “Высоцкий — это Вийон сегодня...”.

(убейся об стену, концепт Лореса - театр одного актера - это Высоцкий, а про бардовскую песню выше четко сказано, что она не он!)


(...)Наконец, уже в ХХ веке предтечами Высоцкого могут быть названы американские “фолксингеры” (буквально “народные певцы”, своего рода жонглеры современности) — такие, как Джо Хилл или Вуди Гэтри. И здесь знакомая ситуация: стихи, пение, собственная полуфольклорная (но сразу запоминающаяся и становящаяся шлягером) мелодия, неизменная подруга — гитара... Собственно “советскими фолксингерами” были, по сути, барды эпохи “оттепели”. Не случайно же они взяли себе название из кельтской раннесредневековой творческой практики — чувствовали некую почти генеалогическую преемственность. Близость Высоцкого к бардовскому движению настолько очевидна, что часто его причисляют к участникам этого движения, и не без основания, — “фолксингерских” черт у Высоцкого хоть отбавляй (особенно в музыкальной составляющей его творчества), а идейная близость к бардам (особенно к “пионерам” этого движения — например, к Александру Галичу) не вызывает сомнений.

(нам не нравятся эти бардЫ, но нам нравится Высоцкий, и мы будем городить сорок бочек арестантов, чтобы рассказать, что он не они - а изучить этот долбаный пласт нам не надо, зачем - и так ведь все понятно. Пионер бардовского движения Галич, мля! Слово "Анчаров" он не знает, ему не нужно это все. Чем эта зверушка лучше Троицкого?)


Однако Высоцкий все-таки стоит отдельно от бардовского феномена — и не только потому, что он всю жизнь был “одиноким волком” (хотя и поэтому тоже). Главная причина — в том, что его художественный мир был сложнее и многограннее, чем у большинства бардов . В творческой лаборатории Высоцкого причудливым образом переплелись и сплавились в парадоксальную амальгаму все вышеописанные историко-эстетические тенденции. В этом смысле Высоцкий не только бард, но и трубадур, и скоморох, и шансонье (и даже акын и риши). Он был парадоксален (недаром он был Водолеем, а любимое слово Водолеев — “парадокс”) и необъятен. Он не укладывается в прокрустово ложе жанровых рамок и типологических определений. Каждый, кто пишет о нем, будет в чем-то прав и в чем-то не прав, ибо все равно затронет что-то одно в его наследии.

(ноу коммент)

а от этого я просто валялся:


"Аналогичный характер носят и “высоцкие” паралогизмы — легкие отступления от документальной фактологии (за что в свое время поэта не ругал только ленивый!). Они у Высоцкого всегда намеренные, с целью добиться определенного, чисто художественного образа (и зачастую — той “высшей реальности”, о которой так часто писали критики применительно к творчеству Ф. Феллини!). Для того, чтобы их хотя бы обнаружить, также требуется определенный интеллектуальный уровень. Основная масса слушателей песен Высоцкого, увы, ничего в данном смысле не улавливает!

Характерные примеры. В известной его песне “Идут по Украине солдаты группы “Центр” (на самом деле по Украине в 1941 году шли солдаты группы “Юг”); в другой, посвященной афганским событиям, упоминается советско-пакистанская граница (никогда не существовавшая). В первом случае причина чисто эмоционально-фонетическая (по справедливому замечанию В. Новикова, слово “Центр” в песне звучало как выстрел или щелчок затвора — такого эффекта никогда не дало бы звучание слова “Юг”). Во втором... Мы сейчас хорошо знаем о том, что тогда от всех скрывали: оккупировав Афганистан, советские войска не только вышли на пакистанскую границу, но и неоднократно ее пересекали (так что ничего Высоцкий не напутал, даже наоборот!). Подобные примеры могут быть умножены..."

(рыдать и плакать/ Yадутая либеральствующая жаба с умным видом рассуждает об аллюзии на ввод войск в Афганистан, не зная что песня написана еще в 60-е!)


"С одной стороны, безусловно существует тот самый официальный “верхний” пласт семантики песен Высоцкого, обладающий смысловой самодостаточностью. В конце концов, “альпинистка моя, скалолазка моя” — это именно альпинистка и скалолазка в своем первоначальном значении. С такой точки зрения, песни о Робин Гуде, шпионе Джоне Ланкастере, солдатах группы “Центр”, волках за флажками, политинформации в СИЗО и переполохе в дурдоме из-за паранормальных явлений — это песни о Робин Гуде, Джоне Ланкастере и т.д. и т.п. Так воспринять тоже можно. И Высоцкий наполовину всерьез, наполовину, как сейчас говорит молодежь, “прикалываясь” — давал именно такую установку слушателям в своих авторских комментариях перед выступлениями. С другой стороны, в дело немедленно вступает пресловутый “эзопов язык”, и тогда “воронье и гробы” из песен о Робин Гудe (1975 г.) оборачиваются “грузом 200” из Афгана; история “этого самого Джона Ланкастера” — пародией на советскую шпиономанию; “чекист, майор разведки и отличный семьянин” — насмешками над штампами боевиков Ю. Семенова, “солдаты группы “Центр” — это мы сами (нам ведь тоже “не надо думать” — с нами тоже был тот, “кто все за нас решит”!); а политинформация в СИЗО — антимир и одновременно точный негатив реальной советской политики тех лет. И на это явственно намекал Владимир Семенович своему зрителю в авторских комментариях к песням! Но вот тут-то и начинается самое интересное.
(о*уеть дайте две. Этот надутый антикомми вообще что-то слышал о темно-зеленых томиках "военные приключения", которые издавались мегатиражами, когда Семенов еще не начал пописывать еврокоммунистические детективы?)

Дело в том, что когда в действие вступает сама возможность многовариантной трактовки сюжета, трактовок получается столько, сколько слушателей у данной песни. Вернее, сколько в зале или у магнитофона сидит индивидуальных восприятий, опытов, ассоциативных рядов и нюансов подсознания, кои, как известно, столь же вариабельны, как и отпечатки пальцев. Высоцкий, вольно или невольно, сам открывал такую возможность — самим фактом амбивалентности своих песен. (Для сравнения: сколько существует в природе трактовок, скажем, “Подмосковных вечеров”, “Дня Победы” или даже “Солнышка лесного”?) И разлет нюансов, предлагаемых слушателями песен Высоцкого, поистине впечатляет. Общеизвестна история с песней “Як”-истребитель”, в которой видели то трагедию народа под пятой коммунистической диктатуры (популярная версия в эпоху перестройки), то конфликт Высоцкого и режиссера Ю. Любимова (об этом вспоминает В. Новиков). Интересно, какие еще варианты найдут здесь наши потомки, с их индивидуальным опытом и восприятием?.

И такого там много.


(с праздным интересом)
интересно - захочет ли, скажем, Крылов суворовского ливера?




Пы.Сы. Опубликовано в журнале "Урал" в 2002 году. Это уже и "Вагант" сколько издавался, и на тему высоцкого написаны мегабайты, и пещерный антикоммунизм уже считался как-то немодным...
Tags: ЦАП и окрестности, день без провокаций - считай потерян, удятлы
Subscribe

  • какая прелесть

    начинается новая рубка, после 2003-2010-го. новые пэрлы. Вона, по всем скотсетям протащили проект выступления Жукова о плохом Сталине. Постепенно…

  • (раздраженно, ища кому набить морду)

    а что, так до сих пор нигде в сети нет плана Сталинграда с точностью до улиц, чтобы проследить ход описанных в литературе боев - только генштабовская…

  • Я вот подумал тут....

    Гыгыкс. спустя 10 лет (см. мои недавние выкладки о поколениях интелей) после вздезания КСП на острие общственного интереса горбачевские импотенты на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments